Портфолио → рассказы → Осень, похожая на мёд

февраля 2017 года

Осень, похожая на мёд

Тише оседающего снега

Чайник, укутанный в варежку, остывал. Заяц орал глупые песни, мешая думать. Ёжик слышал его издалека: звенели от песни сосульки, птицы на ветках каркали и метались.

— Дур-рак! — ругались они. — Дур-ралей!

Но Заяц всё пел, а Ёжик всё слушал, глядел на лес и на гору.

— Чего грустишь, сосед? — заметил всё-таки Заяц и прискакал. — Чего мёрзнешь?

— Я не грущу — я молчу.

— А-а-а…

Ёжик продолжил глядеть на молочные звёзды, а Заяц присел на пенёк рядом с ним. У него распушился хвост, на уши наросла вата.

— А Медвежонок где?

— Спит.

— А-а-а…

Заяц беспокойно потопал ногой. Ему вдруг захотелось ещё что-то сказать, но он не смог ничего придумать.

— Хочешь, я тебе спою? — предложил он тогда.

И набрал морозного воздуха в грудь.

Ёжик наконец-то повернулся к нему, весь поблёскивающий в свете луны и костра, с клубком пара у рта.

— Заяц, — попросил он.

— А-а-а?

— Помолчи немножко.

— Но когда я молчу, я грущу.

— Тогда погрусти сегодня ради меня.

И вот — птицы успокоились, перестали дрожать индевелые сосны; Заяц так старался грустить, что даже почти заплакал.

Ёжик протянул ему чашку чая:

— Мы молчим, потому что всё сказано, — ободрил он с тихой улыбкой. Тише даже, чем оседающий снег.

А Заяц тогда подумал, что ради друзей можно и погрустить самую капельку.

Оттепель

Лес умывался первым весенним дождём. Плыли в ручейках ледышки-кораблики, поднимали головки подснежники, пели птицы.

Ёжик стоял возле леса и нюхал.

— Что ты делаешь? — спросила его Лисица, пробегавшая мимо.

— Чувствую, — ответил Ёжик.

Лисица посидела немного рядом, покрутила хвостом, а потом снова бросилась в лес, ничего не поняв.

— Что ты делаешь? — спросил кто-то опять.

Ёжик обернулся — это Лось смотрел на него влажными глазами, и его рога поблёскивали от капель, как тёмные ветки дуба.

— Чувствую, — улыбнулся ему Ёжик.

И снова вдохнул поглубже и замер.

Вскоре он услышал, как Лось отошёл, приминая первую траву и цветы.

— Ёжик, Ёжик! — загорланил Медвежонок на ухо. — Что ты здесь стоишь один-одинёшенек?

— Я не стою. Я чувствую.

Медвежонок тоже прикрыл глаза и вдохнул.

— Да, я тоже, — поделился он, — пахнет шишками и ручейками…

— А ещё — синим небом…

— И солнцем в тумане…

— Мятой…

— Землёй…

— И лапками ели.

— Ёжик, я чувствую — это пахнет весной.

Ёжик посмотрел на Медвежонка, Медвежонок глянул в ответ, и оба они простояли всё утро, нюхая лес и ожидая, когда на горизонте замашут крыльями перелётные птицы.

А в лесу была первая оттепель.

Другая гора

— Где ты был? — подбежал к нему Медвежонок. — Я искал тебя вечность!

Ёжик отвёл почему-то глаза.

— Я ходил на другую гору.

— Зачем?

— Присмотрел для нас новый дом.

Медвежонок обрадовался и запрыгал, а потом переспросил:

— Там здорово? Ты уверен?

— Конечно! Если закрыть глаза на минуточку… ты закрой.

— Хорошо.

Медвежонок послушно зажмурился и положил сверху лапы.

— Можно увидеть, как там всегда — одуванчики и ромашки. Видишь?

— Немножко.

— Они растут над головой. А ещё шевелятся ветки ивы. И поигрывают на скрипочках комары.

— А Заяц где? — вдруг встрял Медвежонок.

— И Заяц придёт. Попозже. Видишь?

— И точно — придёт! — заметил он длинные уши, маячившие вдалеке — за туманом из одуванчиков.

— А ещё — ты представляй, представляй! — там муравьи на тропинках и вечерами выпадает роса…

— Прямо как у нас?

— Прямо как у нас.

Медвежонок опустил лапы, сияя от удовольствия.

— Ёжик, а давай прямо сейчас переедем! — предложил он, и мягкое июньское солнце позолотило его глаза.

Но Ёжик пожал плечами, как будто расстроился.

— Рано, — сказал он и наклонился, чтобы понюхать ромашку.

— Рано? — переспросил Медвежонок.

— Просто знай — есть место, где я жду тебя, когда ухожу.

И вместе они вернулись домой, чтобы долго смотреть на лето, а ночами пить чай и слушать звёздную ночь.

Осень, похожая на мёд

Медвежонок нёсся по лесу, пугая птиц. Трогая шишки, заглядывая в кусты, он бежал и кричал от отчаяния:

— Ёжик! Ё-ёжи-ик!

— Что случилось? — протянул к нему лапы Ёжик.

Медвежонок остановился, увидел улыбку друга и выдохнул.

— Я забирался к улью, а он высоко — там, на иве.

— Я знаю, — кивнул Ёжик.

— И вот я забирался, трудно так было, а тут вдруг — раз! — проскакал мимо Заяц и крикнул: «Медвежонок? — говорит, — ты просто теряешь время!». Я сразу же обернулся и начал его искать…

— А где оно лежало? — забеспокоился Ёжик.

— В кармашке, наверное. Не знаю! Но как только Заяц сказал, я понял — потерял я его. Потерял, Ёжик!

— Пойдём, я тебе помогу.

Ёжик погладил Медвежонка лапой, и они вместе тронулись в путь. Дышал вокруг них огненный лес, летали листья, сидели в оврагах грибы, сбившись в кучу.

Ёжик кувырнулся и упал в желудёвые шляпки.

— Ой, осторожней! — попросила его Белка, вынырнув из дупла.

— Ты не видела здесь кое-чего? — спросил тогда Ёжик.

— А чего?

— Время.

— Мы его потеряли, — всхлипнул горестно Медвежонок.

Белка обняла рыжий хвост от досады.

— Не видела, — расстроилась она. — Но я могу поискать.

И она вытряхнула все свои шишки, а потом — запрыгала по верхушкам деревьев, а Ёжик и Медвежонок тем временем снова начали трогать землю. Та лежала притихнув, готовясь ко сну.

— А что с ним делать, если найду? — вдруг спросил Медвежонок.

Но его перебила Сорока:

— Потеряли что? Потеряли? — взволнованно закачалась она на ветке. — Блестит оно? Поблёскивает?

— Нет, — покачал головой Ёжик, — но может быть. Мы не знаем.

— Мы потеряли время, — пояснил Медвежонок, — ты не видела?

Сорока порылась в карманцах.

— Это? — вытащила она колечко.

— Нет.

— Это? — вытащила фантик.

— Нет.

— Тогда это, должно быть?

Ёжик и Медвежонок взглянули на горстку бусин и опустились.

— Нет, — отмахнулся Ёжик, — всё не то!

Сорока нервно похлопала крыльями, но не обиделась:

— Тогда и я поищу. Поищу!

Она упорхнула, расправив перья, а Ёжик нагнулся над можжевельником. Он всё думал: «Как же так получилось?» и искал-искал-искал…

Загустевали понемногу сумерки. В воздухе повисал аромат влажной осени, ветер морщил первые лужи и лениво перемешивал тучи.

Наконец, друзья встретились возле ивы. Её волосы доставали почти до земли, а у макушки — жужжали пчёлы.

— Ну? — спросил Медвежонок.

— Ничего, — развела лапами Белка.

— Ничего-ничего! — щёлкнула клювом Сорока.

И Ёжик тоже опечалено помотал головой.

— Эх, — огорчился Медвежонок до слёз, — жалко! Я бы потратил его на чашечку чая, а может, на то, чтобы понюхать цветы…

Тут наконец-то припрыгал Заяц. У него дрожали уши, но он будто бы не замёрз.

Медвежонок кинулся к нему и схватил:

— Скажи, Заяц, — взмолился он, — где же то время, которое я потерял?

Заяц вначале расхохотался, а потом вдруг смекнул, что осенью хочется плакать, а не смеяться.

И сжалился:

— Там же, где его потеряли все остальные.

И убежал, потряхивая хвостом.

* * *

— Не грусти, — утешил Ёжик, когда они с Медвежонком вернулись домой, — не грусти! Могло быть и хуже, а Заяц — дурак.

— Как это — хуже?

Ёжик заварил чайник и вытащил из шкафа варенье и мёд. Он поглядел на Медвежонка тихими глазами, но объяснил:

— Ведь лучше потерять время, чем меня.

А Медвежонок вдруг согласился. Улыбнулся ему в ответ.

И слизнул с лапы осень, похожую на мёд.

Предыдущая работа:

Труслявый и Молодец

Следующая работа:

Джек и его дракон
comments powered by HyperComments